Появление проекта новой конституции страны вызвало достаточно бурную реакцию в обществе.
Забавно, что существенная часть критики пришлась на нормы, которые существуют в основном законе достаточно давно (в том числе о частной собственности на землю) и люди, называющие себя юристами, должны были по идее об этом знать.
Другая часть критики связана с тем, что новая конституция - это якобы просто переделанная старая. Здесь хотелось бы обратить внимание на важность, во-первых, обеспечения преемственности основного закона как основы казахстанской государственности и наличия в действующей конституционной редакции многих прогрессивных и имеющих стратегическое значение норм и положений, которые в замене и не нуждаются.
Третьи критики указывают на ненужность замены основного закона в целом. Что можно сказать по этому поводу?
В конституцию 1995 г. семь раз вносились достаточно крупные изменения, многие нормы снабжены разъяснениями Конституционного совета, что делает ее изучение не неподготовленного читателя достаточно сложным (к примеру, по нумерации статей). Тот объем дополнений, который был выработан за последние полгода, делает еще более сложным для восприятия возможный закон о внесении и дополнений. Представить на референдум сразу модернизированный вариант - это более оптимальное и понятное решение.
Остаются вопросы: зачем и почему сейчас?
Начнем со второго.
Конечно, обсуждение конституционной реформы и референдум в условиях сложной экономической ситуации кажется ненужным и несвоевременным, но государство традиционно ставило вопросы государственного строительства выше экономики. Вспомним, что переезд в новую столицу проходил в намного более сложных экономических условиях.
Думаю, что мало кто прогнозировал затяжной характер нынешнего геополитического кризиса. Война на Украине и связанное с ней противостояние России и Запада и санкционная война. Очередное обострение конфликта на Ближнем Востоке из традиционно циклического превращается в перманентное. Торговая война Запада и Китая. Активная политика американской администрации, ломающая принципы вроде традиционного мироустройства.
По сути, финансовый кризис 2007 г. тут же сменился санкционной войной 2014-2015 гг., на которую наложился карантинный кризис 2020 г., за которым последовала война 2022 г.
А глобальная нестабильность - это проблемы с мировой торговлей и логистикой, валютные и инвестиционные скачки - то есть системные удары по нашей экономики плюс постоянное давление на внутриполитическую стабильность со стороны всех возможных больших игроков, старающихся перетащить Казахстан в свой лагерь или сделать его плацдармом для противодействия тем или иным нашим соседям-партнерам.
Это не считая многочисленных внутренних проблем, связанных со снижением уровня образования, культуры, правового сознания, архаизацией общественных институтов.
Президент Токаев в 2022 г. провел конституционную реформу, призванную стабилизировать политическую систему, а также провозгласил курс на глубокую общественную модернизацию, без которой немыслима ни экономическое, ни политическое развитие.
Некоторые инициативы, реализованные летом 2022 г., исходили из модных общественных запросов, которые в итоге себя не оправдали.
С другой стороны, было накоплено понимание необходимости более комплексной трансформации политической системы.
Во-первых, встал вопрос о полном разрыве с политическими институтами (двухпалатный парламент, АНК), созданными в предыдущий период и символизирующими конституционную модель т.н. Старого Казахстана.
Вместе с тем, принципиальным моментом является преемственность, а кроме того декларация фактической завершенности тех конституционных начинаний, которые провозглашались основным законом 1995 г., принятого на заре современной государственности и формирования политико-правовой и социально-экономической модели.
Во-вторых, возникло понимание перезагрузки принципов государственности. В ходе работы над Доктриной внутренней политики в минувшем году были четко сформулированы основные направления современной идеологической работы и социальной модернизации, которые совместили традиционный ценностный набор современной государственности (стабильность, единство, патриотизм) с векторами развития и вновь выработанными ценностями (верховенство закона и правовое сознание, созидательный патриотизм, трудолюбие, экологичость, просвещение, диалог).
В-третьих, возникла необходимость защиты государственности, суверенитета, единства и общественной морали от негативного влияния современных глобальных процессов путем ограничения приоритета международного права над национальным, а также постановки интересов страны и ее народа выше тех гражданских прав, которые в наибольшей степени подвержены манипулятивности и провокационности.
Вместе с тем, государство, ограничивая социальные риски, одновременно усиливает защиту прав человека и гражданина.
В-четвертых, в качестве базовой общественной ценности решено представить не только модернизацию, но и здоровый традиционализм, сочетающий национальные и общечеловеческие морально-этические ценности, а также светскость, которая призвана оградить общество от архаизации.
Ключевым моментом является провозглашение брака как зарегистрированного государством добровольного и равноправного союза мужчины и женщины. Эта норма, с одной стороны, противостоит моде на мракобесие с похищением невест и семейно-бытовым насилием, а с другой - нездоровой западной моде на "множественную идентичность", которая проводится в интересах управления массами и прибылей фармбизнеса, приобретая вид массового психоза с необратимыми вредными и опасными последствиями.
Казахстан провозглашает золотую середину - без нездорового традиционализма и агрессивного либерализма.
В-пятых, выстраивается новая политическая архитектура, в которой возникают новые институты - однопалатный парламент (Курултай) с пропорциональной моделью формирования , Народный совет как инструмент гражданского и национального диалога и еще более сильный президент, на которого автоматически ложится еще большая ответственноөсть за проводимый курс - в условиях борьбы с внешними рисками и обеспечения модернизации общества и экономики.
В-шестых, совершенствуется система преемственности политического курса путем внедрения поста вице-президента, который получает роль не столько "наследного принца", а заместителя президента по взаимодействию с национальными и международными институтами. В конце концов замы есть даже у районных акимов, а у президента нет возможности даже разового делегирования отдельных протокольных полномочий.
Таким образом, предлагаемая реформа прагматично сочетает преемственность с задачами социальной модернизации, укрепления суверенитета и совершенствования общественных отношений.
Данияр Ашимбаев,
политолог.
